ГБУК СК "Ессентукский историко-краеведческий музей
им. В. П. Шпаковского" Ставропольский край

Мы продолжаем серию публикаций  о героинях выставки «Женщины на Водах».  11 апреля  исполняется 170 лет со дня рождения Заслуженной артистки Императорских театров Марии Гавриловны Савиной. «Любила жизнь вообще, а сцену особенно» - писал о М.Г.Савиной директор императорских театров В.А.Теляковский.

Родилась Мария Гавриловна в Каменец - Подольске в семье провинциальных актеров. Ребенком  семи-восьми  лет  она  не  раз  выступала  на  одесской  сцене,  изображая  то  русалочку,  то  малютку  Эсмеральду,  то мальчика,  умирающего  от  истощения. Осенью  1869  года,  пятнадцатилетней  девушкой  она  получает в  Минске  свой  первый  ангажемент  и  после  успешного  сезона  переезжает в Харьков  на  самостоятельное  житье-бытье.  Выйдя  замуж  за  актера  Н.Н.Славича  (по  сцене  Савина),  она  играет  с  ним  в  Калуге.  Далее  следует  Нижний  Новгород,  Казан,  Саратов,  Орел, снова  Саратов. Пять  лет  длятся  эти  «годы  странствий»  юной актрисы,  расширяя  ее  известность  в  провинции  и  приведя  весной  1874  года  на  Петербургскую  сцену,  в  императорский  Александрийский  театр,  где  она  полновластно  царила  на  протяжении сорока  лет. В 1899 году актриса получила звание «Заслуженной артистки Императорских театров».

В наши края Мария Гавриловна впервые приезжает в 1875 году. О времени  проведенном на Водах мы узнаем из мемуаров актрисы: « В Пятигорске была труппа под предводительством Надлера. Я встретила нескольких товарищей по провинции. Положение актеров было плачевное и, конечно, меня просили играть. Я согласилась принять участие в трех спектаклях за плату (третья часть сбора) и раздала эти деньги труппе. Там были две беременные актрисы, которым Надлер не хотел платить жалованья. Примадонной была Морвиль, ужасная актриса, нравившаяся только самому антрепренеру. Я сыграла «Блуждающие огни», «Светские ширмы» и «Доходное место». После последнего спектакля я получила подарок: в театре мне подали букет, перевязанный вместо ленты прелестным кавказским поясом, с адресом от публики и дома застала свою комнату, убранную коврами, посредине стоял такой же турецкий диван и на столике серебряный кувшин на подносе. Публика, узнав, что я играю с благотворительною целью, желала благодарить меня за удовольствие (так было сказано в адресе). Возвратясь в Петербург, я должна была переменить квартиру, чтобы сделать «кавказскую комнату». Я жила в Железноводске, где пользовался водами знаменитый (тогда еще только фельетонист) Суворин. Он познакомился со мной, и высказал желание написать для меня пиесу. Мы встречались каждый день у источника и за обедом и были, по-видимому, в отличных отношениях. Теперь мне даже смешно вспомнить, что я когда то с ним говорила дружески: вскоре после этого он стал моим злейшим врагом. За что и почему  - не знаю. Приезжал в Железноводск Лентовский и просил меня участвовать в своем концерте, предложив половину сбора, но наши расчеты вышли очень странны: он поставил на афише концерт от моего имени, а не с моим участием, на что я его не уполномачивала и что меня рассердило. Сбор был полон. Лентовский, со свойственной ему грубостью, не поблагодарив меня за участие (от своей половины я отказалась), скрылся из Железноводска в ту же ночь. Я дала себе слово «не помогать товарищам» иначе, как только в крайних случаях. Из-за этих спектаклей я должна была бросать ванны, слушать выговоры доктора и лежать по нескольку дней, сознавая, что все, приобретенное мной за месяц, ушло в один вечер. Когда я переехала в Кисловодск, там были маневры, и великий князь Михаил Николаевич присутствовал на них. Мне передали, что он желал бы видеть меня на сцене и что в Пятигорске устраивается спектакль, но решилась сдержать свое слово и принуждена была отказать себе в этом удовольствии».

В следующий раз М.Г.Савина приезжает на Воды в 1910 году. В журнале «Рампа и жизнь» (№ 26 1910 г.) мы читаем: «Сыграла с труппой г. Горяйнова и сама М. Г. Савина, живущая и лечащаяся в Ессентуках. Сделала огромные сборы и стяжала полный триумф. В «Последней жертве» у артистки удивительно тонкий и благородный рисунок, и финал 3 акта большой силы и мягкости.  М. Г. Савина сыграет еще и в Кисловодске».

О выступлении актрисы в Ессентуках пишет К.С. Станиславский в своем письме, адресованном Марие Гавриловне, пишет Станиславский: «Глубокоуважаемая и дорогая Мария Гавриловна! Ваше письмо пришло в момент сборов к отъезду; поэтому жена просила меня ответить за нее. Все уехали в Кисловодск и вернутся поздно вечером.

Спасибо за доставленное наслаждение. Ничто не может помешать Вашему таланту сверкать и греть. Ни глупая публика, ни нелепый театр, ни дождь, стучащий о крышу, ни даже «Ессентуки» № 17 или № 4.

Целую Ваши ручки и остаюсь навеки Вашим неизменным почитателем.

Сердечно преданный

К. Алексеев (Станиславский)

18 июля 1910 Ессентуки

С 1912 – 1915 годы  Мария Гавриловна приезжает на Воды ежегодно. «В Ессентуки приехал В. Н. Давыдов и вместе с М. Г. Савиной и К. А. Варламовым выступает на благотворительных вечерах. С 25-го на Дачу „Азау" поселяется К. С. Станиславский с супругой М. П. Лилиной» – журнал «Рампа и жизнь» № 27 1912 год.

«На кавказских группах масса артистов, художников, литераторов. Вижу на каждом шагу «знакомые все лица»…Вы садитесь на скамейку в Ессентукском парке и, укрываясь от яростных стрел солнца, рассматриваете публику. Вот прошла М. Г. Савина, беседуя с александринским артистом И. И. Судьбининым…» - журнал «Рампа и жизнь» № 26 1913 год.

«Артистов, писателей в этом сезоне как будто меньше, чем всегда.… В Ессентуках М. Г. Савина, М. М. Климов, В. К.Вишневская с супругом М. М. Духовским»  - журнал «Рампа и жизнь» № 28 1914 год.

В последний раз Мария Гавриловна посетила Кавказские Минеральные воды в сезон 1915 года и уже отказывалась от участия в спектаклях. 8 сентября 1915 года Мария Савина скончалась.

В журнале «Театр и искусство»,  в статье, опубликованной к кончине актрисы читаем: "М. Г. Савина лишь недавно возвратилась в Петроград после летнего отдыха. Простудившись в дороге, она несколько дней тому назад вынуждена была слечь в постель. Пользовавший ее доктор Нюрнберг констатировал бронхит. Болезнь протекала вполне нормально, температура была несколько повышена, но ничто не предвещало столь скорого и рокового конца".

Директор императорских театров В.А.Теляковский в мемуарах писал: «М. Савина умерла, принадлежа до последнего часа сцене  - отдав сцене сорок лет жизни».